871 день прожил Ленинград в кольце фашистских войск. Бомбежки, страшный голод и холод унесли жизни более 1,5 миллионов человек.
Когда на руки выдавали 125 граммов хлеба в день, ленинградским ученым пришлось решать сложнейшую задачу — как уберечь людей от болезней, которые неизбежно настигают в условиях голода.
Вот что писал в воспоминаниях Алексей Дмитриевич Беззубов, во время блокады работавший начальником химико-технологического отдела Всесоюзного НИИ витаминной промышленности и консультантом санитарного управления Ленинградского фронта.
«Я понимал, что, кроме голода, людей ожидал еще один страшный враг, о котором не было сказано ни слова, — цинга <…>Я же во время первой мировой войны сам переболел цингой и потерял половину зубов. <…> Ведь в ту войну погибло от цинги людей больше, чем от пуль и снарядов. У себя в витаминном институте я рассказал директору — профессору А.А. Шмидту о совещании и поделился своими опасениями. Он тоже был знаком с цингой — как врач лечил ее во время войны 1914–1918 гг. Профессор А.А. Шмидт полностью со мной согласился, и мы решили немедленно приступать к разработке препарата, содержащего витамин С. Его жизненная необходимость в условиях блокадного города не вызывала у нас ни малейшего сомнения».
Ученые справедливо опасались, что цинга могла парализовать армию и город, ведь болезнь сопровождается нервными расстройствами, потерей мышечной силы, быстрой утомляемостью инфекционными заболеваниями.
Экстракт хвои
Наиболее доступным способом получения лекарства от цинги стала хвоя. Еще в XVIII веке в России еловые лапы использовали для лечения этой болезни и даже экспортировали в аптеки Западной Европы.
Собирали хвою в лесу за Пискаревкой.
«Технологический цикл был достаточно прост: лапку сортировали, мыли, отделяли иглы от древесины, опять мыли и разминали. Затем экстрагировали витамин С, обрабатывая размятую хвою 0,5%-ным раствором уксусной, или лимонной, или виннокаменной кислоты (благо их в предостаточном количестве можно было найти на складах кондитерских предприятий). Полученный настой фильтровали и расфасовывали в бутылки, стеклянные баллоны или бочки. Этот зеленоватый кисленький напиток менее всего походил на лекарственную микстуру», — вспоминал Беззубов.
Для поддержания необходимого уровня витамина C человеку нужно было выпивать ежедневно по 100-200 граммов такого хвойного настоя. К концу ноября 1941 года в Ленинграде работало более сотни хвойных установок: в больницах, на предприятиях, в научных и учебных учреждениях, в некоторых воинских частях. По радио регулярно рассказывали, как делать настой в домашних условиях.
Суп из проросшего гороха
Еще одним источником витамина С стал суп из проросшего гороха. Перед варкой горох нужно было замачивать и проращивать. В одной тарелке такого супа содержалось две суточные дозы аскорбиновой кислоты. Но варили его только в больницах и детских учреждениях.
Дрожжи из дерева
К концу 1941 года ленинградцы начали повально умирать от алиментарной дистрофии - тяжёлой формы белково-энергетической недостаточности. Источника полноценного белка - мясы, рыбы, молочных продуктов, яиц в блокадном городе было не достать.
Выяснилось, что полноценные белки содержались в дрожжах, приготовленных из древесных опилок. Производство наладили организовали на кондитерской фабрике им. А.И. Микояна.
Алексей Беззубов так описывал предельно упрощенный процесс приготовления:
«Измельченную древесину подвергали кислотному гидролизу, то есть несколько часов перемешивали в водном растворе серной кислоты (запасы химикатов были на химических заводах Ленинграда — прим.ред). Затем кислоту нейтрализовали известью. Выпавший осадок сульфата кальция и прочие нерастворенные примеси отфильтровывали и получали раствор глюкозы. В этот многократно очищенный раствор как в питательную среду помещали дрожжевую затравку, получаемую из гидролизного института».
Такие дрожжи содержали витамины B1, В2, РР и белок. Впоследствии их применяли во всех госпиталях города.
«Люди оживали на глазах, в буквальном смысле слова «как на дрожжах». К сожалению, не было возможности обеспечить все население этим спасительным продуктом», — вспоминал Беззубов.
В 1944 году похожие дрожжевые заводы построили в районе Вологды и Вышнего Волочка.
Табак с ленинградских чердаков
В 1941-м участились случаи заболевания пеллагрой. Эту болезнь называют «три Д» из-за ее симптомов, вызванных нехваткой витамина РР или никотиновой кислоты – диарея, дерматит, деменция.
Рабочим недействующих табачных фабрик поручили собирать табачную пыль. Ее выметали с чердаков, из вентиляционных труб тех же производств. Из остатков табака биохимики выделяли никотин и окисляли, получая витамин PP.
Основываясь на методе окисления никотина, в 1942-м ленинградские ученые предложили другой антипелларгический препарат – азотнокислую соль никотиновой кислоты. Она облегчает лечение болезни и вызывает меньше побочных эффектов. К слову, этот способ лечения применяется до сих пор.