Отношения России и Турции проходят очередное испытание. И снова крепнут голоса о том, что «Эрдоган предаст» и «туркам верить нельзя». Но русско-турецкие отношения не сводятся к боям в Идлибе между сирийцами и турками, и даже к самой Сирии. Состоявшийся в среду телефонный разговор Владимира Путина и Реджепа Эрдогана был посвящен ситуации в Идлибе: там продолжает сохраняться риск масштабного прямого столкновения между сирийской и турецкими военными, при том, что уже есть жертвы с обеих сторон. Турция недовольна тем, что войска Асада при поддержке России теснят связанных с Анкарой боевиков, нарушая тем самым сочинские соглашения 2018 года, по которым были установлены зоны разграничения. Россия отрицает свою причастность, упрекая в свою очередь Турцию в поставке оружия боевикам и нарушении тех самых сочинских соглашений. Взаимные упреки набирают обороты. Турецкие же чиновники в последние дни снова стали говорить о помощи от НАТО, точнее о том, что американцы и альянс должны внести более конкретный вклад в разрешении кризиса в Идлибе. Эрдоган не исключил переговоров с Трампом на тему Идлиба, а сами американцы прислали в Анкару делегацию Госдепа во главе с спецпредставителем США по Сирии Джимом Джеффри, который тут же отдал дань уважения всем тем «мученикам», которые погибли в результате российско-сирийского обстрела. Американцы не скрывают своих намерений сыграть на российско-турецких противоречиях и хотя бы частично восстановить свое влияние в Турции. Неужели нам нужно снова ждать от Эрдогана «удара в спину», как это было в ноябре 2015-го, когда турки сбили российский Су-24. Не в том смысле, что Анкара снова начнет сбивать наши самолеты, а в том, что предпримут масштабное наступление на сирийскую армию, вынуждая Россию или вмешаться в боевые действия или отказать сирийцам в помощи, оставив их один на один с турками. Подобное развитие событий практически исключено. Хотя Эрдогану очень важен контроль над севером Сирии и частью Идлиба, но ссориться с Россией из-за частичной потери сирийской территории он не будет. Громкие заявления понятны: ситуация в Сирии очень важна для Турции как по геополитическим, так и по внутриполитическим соображениям, не говоря уже о том, что это вопрос национальной безопасности. Восстановление полного контроля Асада над Сирией неизбежно, но Эрдоган заинтересован в том, чтобы этот процесс был максимально затянут по времени и не затрагивал те приграничные территории, которые Турция считает важным сохранять под своим покровительством. Грубо говоря, Эрдоган хочет контролировать часть Сирии до тех пор, пока не будут возвращены беженцы (а их в Турции несколько миллионов) и не разоружены курды. Россия готова считаться с турецкими интересами, но не может при этом не понимать и желание Дамаска быстрее восстановить единство страны. Сочинские договоренности 2018 года устанавливали разграничение сфер влияния в том же Идлибе, но понятно было, что вечными они быть не могут.