Владимир Павленко: Истерика Сеула обнажила суть происходящего в АТР
Чем «хороши» международные кризисы, подобные нынешнему, так это тем, что они срывают маски, расставляют точки над «i» и публично демонстрируют, не оставляя сомнений, «кто is who?». Вопрос, заданный после ГКЧП Михаилу Горбачеву, показательно ответившему: «Кто “ху” был – тот “ху” и остался» (если что, это цитата). Этот ответ как нельзя актуальней подходит к поведению США и их сателлитов, которые «под шумок» событий на Украине мягко протаскивают свои планы и на другом конце объединяющейся Евразии – в АТР, который в нынешних условиях все сподручней называть «театром военных действий» (ТВД).
Тем временем в аду сам Вельзевул
Потребовал военного парада.
Влез на трибуну, плакал и загнул:
«Рай, только рай – спасение для ада…».
Этот фрагмент не самой известной, но очень емкой песни Владимира Высоцкого как нельзя лучше подходит в качестве иллюстрации к событиям в Южной Корее. Там 1 октября по случаю Дня южнокорейской армии прошел военный парад в Сеуле и церемония на столичном аэродроме, где власти представили ракету «Хенму-5» на мобильной платформе армейского тягача с изменяемой геометрией колес. ТТХ обнародованы не были, однако с помпой было заявлено, что эта ракета предназначена руководству КНДР в случае возобновления военной фазы конфликта. (В ответ сестра северокорейского лидера Ким Чен Ына – Ким Ё Чжон презрительно назвала пусковую установку «телегой», отметив, что поражающей мощностью комплекс уступает одному залпу мощных систем РСЗО, находящихся на вооружении Корейской народной армии).
Эти мероприятия продолжили резонансные заявления, сделанные южнокорейским президентом Юн Сок Ёлем (которого Ким небезосновательно называет «марионеткой» Вашингтона). Во-первых, сеульский режим, действительно приведенный к власти усилиями США, связал разрешение противостояния на полуострове с его «объединением на основе свободы», то есть с аншлюсом КНДР. Выступая на сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке, глава южнокорейского МИД Чо Тхэ Ёль обвинил Пхеньян в создании угроз международному миру и безопасности, подтвердив заявления Юна о «новой концепции» объединения, предполагающей международное участие. То есть внешнее вмешательство или, попросту, интервенцию.
«Понимая, что достижение прочного мира относится к числу нерешенных задач на Корейском полуострове, мы твердо верим, что путь к миру лежит через распространение свободы и объединение Корейского полуострова», — сказал сеульский министр.