Советник президента США Дональда Трампа по нацбезопасности Майк Уолтц заявил, что в феврале администрация президента примет «ключевые решения» по Ирану. По его словам, «сейчас Ирану пришлось отступить из-за действий Израиля в регионе, его система противовоздушной обороны уничтожена, а поддерживаемая Тегераном палестинская группировка ХАМАС находится в полной изоляции». Советник полагает, что движение рассчитывало на поддержку ливанской группировки «Хезболла», но просчиталось, поэтому согласилось на перемирие в Газе. В этой связи Уолц считает, что «сейчас момент для принятия этих ключевых решений», и они будут приняты в течение следующего месяца. Означает ли это, что Трамп намерен использовать в отношении Ирана силовой сценарий после подписания им с Россией договора о стратегическим сотрудничестве? Ситуацию комментирует обозреватель ИА REX Станислав Тарасов.

«Сразу отметим, что Уолтц передергивает факты, указывая, что ХАМАС перед подписанием соглашения с Израилем о прекращении огня и обмене заложниками рассчитывал на поддержку «Хезболлы», и стоящего за ней Ирана», — отметил Тарасов.

Член политбюро ХАМАС Мохаммед Наззал говорит о серьезном влиянии Турции на достижение соглашения. По его словам, «турки, а не Иран были постоянными и решительными последователями переговоров, даже когда их не было за столом переговоров», отметил эксперт.

«Во-вторых, заявление Уолтца, которое фактически дублирует то, к чему призывал еще в середине декабря прошлого года помощник по безопасности Джо Байдена Джек Салливан, «после Сирии нанести удар по военным объектам Ирана», в нынешних условиях носит провокационный, зондирующий характер», — говорит политолог.

Видимо, Вашингтон пытается прояснить ситуацию на двух направлениях, продолжил он.

«Первое: реакцию России по вопросам безопасности Ирана после подписания договора о стратегическом партнерстве. Даже несмотря на то, что было публично заявлено, что этот договор отличается от соглашения о безопасности между Россией и Северной Кореей и что соглашение с Ираном не обязывает одну из двух стран защищать другую в случае нападения, а ограничивается лишь отказом от оказания военной помощи или любой другой поддержки нападающему», — рассуждает Тарасов.